Oleg Maiorov

Um die Aufmerksamkeit der Betrachter zu gewinnen, wird Künstlern empfohlen, ausführlicher darüber zu berichten, wo und von wem sie gelernt haben, an welchen Orten und wie lange sie ausgestellt haben, in welchen Sammlungen sich die Gemälde befinden und für welche Beträge sie sich von ihnen getrennt haben.

Ich gestehe offen, dass ich eigentlich nie richtig irgendwo und von jemandem gelernt habe und aus akademischer Sicht ein Abbrecher geblieben bin.

Vielleicht aus diesem Grund habe ich von allen Arten von künstlerischen Materialien die nicht allzu ernsten Buntstifte und Papier bevorzugt, wodurch ich eine Brücke aus meiner Kindheit schlug und ihren märchenhaften Fantasien erlaubte, in die Welt der Erwachsenen überzugehen.

Und plötzlich stellte sich heraus, dass den Erwachsenen in ihrer ärgerlichen Welt dieses liebevolle, naive, bunte Kindsein immer noch sehr fehlt. Deshalb waren die Bleistiftzeichnungen eines Abbrechers plötzlich ziemlich gefragt, was mir das Recht gab, in der Rubrik „Beruf“ mutig zu behaupten – ich bin Künstler.

Wahrscheinlich aus demselben Grund der unvollständigen Trennung von der Kindheit blieb in meiner Weltanschauung die naive Vorstellung, dass, wie alle Lebewesen, auch diese lebendige Welt ihre eigene Mutter hat. Groß, universell, allmächtig. Und dass diese Welt unruhig wirkt, zumindest ihr menschlicher Teil, zeigt, dass sie irgendwann aus irgendeinem Grund verloren ging und von ihrer guten Mutter getrennt ist. Deshalb müsste man sie finden und, wie ein ungezogenes Kind, mit der ganzen Menschheit ihre Fürsorge, ihren Schutz und ihre Weisheit wieder verdienen. Ihre allmächtige mütterliche Liebe.

Deshalb gibt es in meinem Schaffen auch viele Werke zu diesem Thema.

Und da ich bestrebe, meinen Betrachtern und Lesern gegenüber äußerst ehrlich zu sein, gebe ich zu, dass ich doch gelernt habe, und zwar von vielen, wenn auch ohne deren Wissen. Ich lernte von Künstlern – Aivazovsky, Shishkin, Monet, Andrew Wyeth, Rockwell Kent und vielen anderen. Ich lernte vom Kino – Tarkowski, Gerasimov, Marlen Khutsiev, Pierre Richard, das gute alte Hollywood und unendlich weiter. Ich lernte von Schriftstellern und Dichtern – H. G. Wells, Herman Melville, die Strugatzkis, Pawlow, Pasternak, Woloshin, Nabokov, Khalil Gibran und so weiter, sogar mehr als von Künstlern. Ich lernte von Musik – den Beatles, Pink Floyd, Eagles, Uriah Heep, Genesis, Yes, Aquarium, Bravo, Mashina Vremeni, Bach und sogar mehr als von Künstlern, Schriftstellern, Dichtern und noch mehr als von der Unendlichkeit des Kinos.

Ist es mir gelungen, das mütterliche Prinzip des Universums zu entdecken? In gewissem Sinne wahrscheinlich, denn jemand von oben kümmert sich immer noch um meine „kindlichen“ Bilder und hat mir sogar erlaubt, Mitglied einer so würdigen Gemeinschaft talentierter Menschen wie der Baranow Art Gallery zu werden.

Deshalb erlaube ich mir die Annahme, dass meine Bilder, wenn sie bei jemandem zu Hause sind, auch Sie irgendwie mit diesem universellen mütterlichen Prinzip verbinden werden, so dass Sie beginnen können, unter seinen Schutz und seine Fürsorge zurückzukehren. Sie werden erahnen lassen, dass tatsächlich alles, was wir haben, wovon wir träumen und was wir von dieser Welt wollen, von Ihr gegeben wird.

 

Для привлечения внимания зрителей художникам рекомендовано подробнее сообщить о том, где и у кого учились, в каких местах и сколько выставлялись, в каких собраниях картины и за какие суммы они с ними расстались.  

Я же признаюсь откровенно, что нигде и ни у кого толком не поучился, с академической точки зрения так и оставшись недоучкой. 

 

Возможно по этой причине из всех видов художественных материалов предпочёл не очень серьёзные цветные карандаши и бумагу, таким образом перекинув мостик из своего детства и позволив его сказочным фантазиям перебраться в мир взрослых. 

И вдруг оказалось, что взрослым в их сердитом мире этого доброго наивного цветастого детства до сих пор сильно не хватает. Поэтому карандашные рисунки недоучки вдруг оказались вполне востребованными, предоставив мне право в графе «профессия» често признаваться - я художник.  

Вероятно, по этой же причине неокончательной разлуки с детством, в мировоззрении моём осталось наивное представление, что, как у всех живых существ, и у этого живого мира тоже имеется своя Мать. Великая, вселенская, всемогущая. А то, что мир этот выглядит неприкаянным, во всяком случае его человеческая часть, свидетельствует о том, что когда-то по какой-то причине он потерялся и со своей доброй матушкой находится в разлуке. Поэтому надо бы её разыскать и, как непослушному ребёнку, всем миром человеческим заново заслужить её заботу, защиту и мудрость. Её всемогущую материнскую любовь. 

 

Поэтому в моём творчестве встречаются работы и на эту тему тоже. 

И поскольку стремлюсь быть со своими зрителями и читателями предельно искренним, признаюсь, что всё же я учился, и учился у многих, хотя и без их ведома. Учился у художников - Айвазовский, Шишкин, Моне, Эндрю Уайет, Роквелл Кент и много кто ещё. Учился у кино - Тарковский, Герасимов, Марлен Хуциев, Пьер Ришар, старый добрый Голливуд и до бесконечности. Учился у писателей и поэтов - Герберт Уэллс, Герман Мелвилл, Стругацкие, Павлов, Пастернак, Волошин, Набоков, Халиль Джебран и так далее, ещё больше, чем художников. Учился у музыки - Beatles, Pink Floyd, Eagles, Uriah Heep, Аквариум, Браво, Машина Времени, Bach и ещё больше, чем художников, писателей, поэтов и даже больше, чем бесконечность кино. 

Удалось ли мне обнаружить у вселенной материнское начало? В некотором смысле наверное, коль скоро кто-то свыше о моих «детских» картинках до сих пор заботится и даже позволил стать участником такой замечательного сообщества талантливых людей, как Baranow Art Gallery.

Поэтому позволю себе предположение, что, оказавшись у кого-то дома, мои картинки и вас как-то с этим вселенским материнским началом соединят, позволив начать возвращение под его опеку и защиту. Позволив догадаться, что на самом деле всё, что мы имеем, о чём мечтаем и что от этого мира хотим, даёт нам Она.